Достопочтенный хочет сорвать этот цветок II. Глава 1

 Подземный мир

 Джонка неспешно скользила среди скал, подобно ночному призраку. Кроме тай-пхо*, в ней тихо сидели двое: мужчина и женщина.

В этих местах было не так много ярких красок. Цветы ликориса, растущие вдоль берега, своей краснотой создавали смутную иллюзию кровавой паутины. Над головой простиралось выцветшее грязно-голубое небо. Даже оно было наполнено пронизывающей душу тоской. Воздух дрожал, словно туго натянутая струна циня. В некоторых местах густой туман плотной пеленой окутывал воду и всё вокруг. Струи тумана были похожи на призрачные нити, сотканные из самой влаги. Эти нити, казалось, таяли в воздухе, не успев коснуться земли.

Вскоре туман расступился, и путники увидели мост, заполненный людьми. Толпа двигалась, как грозный змей, медленно ползущий по земле.

— Благодетель, спасибо за то, что помог нам переправиться через реку, — подала голос женщина.

— Мост Най Хэ** слишком многолюден, — сказал тай-пхо, кивнув в сторону толпы. — Если не быть осторожным, можно упасть.

Мужчина повернул голову к путникам, и тёмно-синий капюшон его мантии соскользнул, открывая взору прекрасные серебристые волосы и удивительно красивое лицо.

— Подземный мир действительно пугает, — продолжил он. — Если вы не сможете войти в пагоду реинкарнации, то будете обречены остаться здесь навсегда…

— Благодетель, но почему же ты не уходишь? — удивился мужчина.

— Я жду кое-кого, — тяжело вздохнул тай-пхо.

— Ждёте? Значит, вы влюблённый человек?

Тай-пхо ничего не ответил, а женщина с нежностью посмотрела на своего спутника и сказала: «К сожалению, каждому из нас суждено искать своё предназначение. Кто бы мог подумать, что в этой жизни мы встретимся с теми, кого знали в прошлой?»

«Я был в начале и в конце реки Жёлтых источников, — с глубокой печалью подумал Фань Сяо. — Ждал тебя так долго. Духи из разных мест приходили и уходили. Мимо проплыло много лодок, но тебя не было ни в одной из них. Я наконец-то поверил, что твоя душа погибла вместе с Небесным законом и рассеялась среди звёзд. Тот, кто когда-то властвовал над тремя мирами и носил титул императора Девятого Неба, участвовал во всех сражениях, усмирил ад и уничтожил Небесный закон. Всё, что от него осталось, это… — Не замечая, как тихо ушли путники, чтобы не тревожить его, Фань Сяо достал из-за пазухи золотистую прядь волос и прижался к ней губами. — Ты больше не вернёшься. Но маленький дикий призрак всё ещё помнит только твоё имя. Я воспользуюсь предстоящими днями и ночами, чтобы вспомнить о тебе каждую деталь.»

Воспоминания проникли в него и унесли на радужных крыльях в царство богов, где он был рядом с тем, кто прекраснее неба.

Около девяти тысяч лет назадЦарство богов

К внешнему двору императорского дворца, парящему в небесах, вела широкая лестница. Редкие облака, неспешно плывущие по небу, едва касались ступеней и продолжали свой путь.

Во дворе собрались старейшины кланов и вели неспешные беседы. Они обсуждали последние события, происходящие в небесном царстве, обменивались слухами и распространяли свежие сплетни. Некоторые из почтенных мужей были исполнены достоинства и благообразия, в то время как другие казались слишком скрытными. Воздух наполнялся звуками их голосов, создавая напряженную атмосферу ожидания и предчувствия грядущих перемен.

«Какой грех! Он убил своих братьев и их сторонников, когда занял трон. Хотя они и были мятежниками, император не проявил к ним милосердия. Казнь всех без исключения — это действительно жестоко и бессердечно!»

«По всей вероятности, старый бог-император был вынужден отречься от престола и теперь помещен под арест».

«Каким же должен быть бог-император, чтобы в столь юном возрасте от его рук пахло кровью? Он лишал их жизни с высокомерием, не задумываясь о том, как опишет события летописец»…

— Что ж, ничего не поделаешь, — вздохнул один из старейшин, взглянув на Небесного императора, который появился во дворе. — Он главнокомандующий, и у него много преданных людей. Даже владыка подземного мира…

— Тихо, он идет сюда, — шикнул на него собеседник, прерывая рассуждения.

Небесный император, сопровождаемый владыкой подземного мира и богом Войны, обходило внешний двор, принимая поклоны от старейшин и молодых представителей кланов.

— Его Величество издал императорский указ, который предписывает использовать все доступные нам ресурсы для поиска мастера, искусного в совершенствовании и создании оружия, — обратился к нему владыка подземного мира. — Нам удалось найти того, кто, вероятно, сможет помочь в этом деле. Однако я не уверен, что мы можем эффективно использовать его способности.

— Это почему? — удивился Ло Юньси.

— У него очень низкий статус. В своей прошлой жизни он был волшебником из клана русалок. Из-за способности создавать и совершенствовать чрезвычайно смертоносное оружие, его казнили. Может быть, Его Величество встретится с призраком за ширмой?

— В этом нет необходимости, — резко прервал владыку император. — Немедленно проводите его во внутренний дворцовый зал для беседы. Этот правитель очень в нём заинтересован!

Вполне закономерно, что по прибытии ко двору императора, Фань Сяо был запечатлён как посмешище. В один момент у ворот собралась целая толпа. Люди принялись показывать на него пальцами, как на страшную диковину. Девушки смеялись и охали, а мужчины хмурили брови. Призрак стыдливо прикрывался тёмно-синей мантией и прятал глаза, не смея и рта открыть перед благородными представителями кланов богов.

— Какая наглость! — возмущались девушки. — Откуда взялся этот дикий призрак? В мире богов никогда не было такой мерзкой твари!

— Ему не хватает воспитанности, чтобы поприветствовать нас!

— Император своим указом вызвал его сюда, — раздался резкий голос Цзин Юаня. — Не создавайте больше проблем и возвращайтесь к своим обязанностям.

— Уму непостижимо, как бог-император позволил такому мерзкому существу здесь появиться!

— Младшая сестра Юнь Ло, нельзя так говорить об указах Его Величества! — сразу же сделали ей замечание девушки.

Фань Сяо впал в отчаяние. Ему пришлось надвинуть капюшон так, что он полностью закрывал лицо. «Всё это место пронизано грозной божественной аурой и защищено непроницаемым барьером, — подумал он с грустью. — Мой уровень совершенствования сейчас настолько низок, что я едва могу здесь передвигаться».

Фан Сяо усмехнулся с лёгкой печалью и покрутил жемчужину на подвеске. «А ещё я, как последний дурак, надел свою самую красивую одежду. И теперь действительно выгляжу будто посмешище. Я по-прежнему самый жалкий дикий призрак во всех мирах. Но принц, которого я когда-то встретил и не смог забыть, тоже живет в этом дворце богов. Может быть, я смогу его увидеть».

Слуги молча провели его по бесчисленным коридорам и, открыв величественные двери, украшенные богатой золотой резьбой, так же безмолвно исчезли. Он робко ступил за порог и поражённо замер.

В зале был только один молодой мужчина. Он стоял на балконе, и его волосы сияли, как золото, в лучах утреннего солнца. На голове молодого человека был венец, украшенный длинными нитями жемчуга. Его прекрасные волосы были тщательно уложены в высокий хвост и ниспадали до самой талии.

Его многослойная одежда была сшита из тончайших тканей и украшена искусной вышивкой, которая свидетельствовала о высоком положении.

«Эти прекрасные светлые волосы и гордая осанка навсегда запечатлены в моём сердце и высечены на моих костях. Это тот прекрасный принц, что усмирил диюй. Он просто стал старше, но это вне сомнений он».

— Кузнец, ты человек с большим талантом и можешь быть полезен этому одинокому правителю, — сказал Фань Сяо Небесный император. — Готов ли ты сделать всё, о чём я попрошу?

Призрак смотрел в его красивое, словно умытое ранней росой, лицо и не мог поверить своему счастью.

— Я хочу этого, — со всей страстью сказал он, падая на колени. — Я буду служить Вашему Высочеству всем сердцем!

— Ты ошибаешься, — с усмешкой сказал император. — Я Величество, а

не Высочество. И хочу обсудить с тобой создание сложного магического снаряжения. Поэтому ты остаёшься жить во дворце.

Император пристально смотрел на призрака, слегка прищурив свои красивые глаза. От этого взгляда тот почувствовал себя очень неловко.

— Но я всего лишь призрак, — едва слышно сказал Фань Сяо, не смея поднять взгляд на императора и не веря своим ушам. — Мне не место во дворце богов. Моя душа едва не развеялась, пока я шёл от ворот до этого зала.

— Если я говорю, что ты должен остаться, то следует подчиниться, — брови юного бога-императора недовольно взлетели к переносице. — Чуть позже этот правитель лично наложит на тебя особое заклинание, чтобы защитить твоё тело. Благодаря этому тебе не придётся опасаться огромного давления божественной ауры.

Он долго смотрел на призрака. Наконец его красивое, суровое лицо смягчилось.

— Как тебя зовут? — спросил Ло Юньси с дружелюбной и успокаивающей улыбкой.

— У меня нет фамилии, Ваше Величество. Моё имя состоит всего из одного слова «сяо».

Он осмелился поднять взгляд на императора и застыл, пойманный в ловушку его взгляда, окутанный его божественной энергией. «Вспомнит ли он, что мы раньше встречались?»

— Что ж, иди за мной в мастерскую, обсудим детали того, что я задумал.

Император развернулся и жестом показал призраку следовать за ним. «Нет… Он ничего не помнит обо мне. Но у меня есть шанс быть рядом с ним. Пока я буду полезен, он не сможет забыть меня».

— Учитывая, что ты впервые в царстве богов, хочу предупредить тебя: пристально смотреть на правителя — серьёзное преступление, — сказал Ло Юньси, чувствуя на себе пронзительный обжигающий взгляд мужчины.

— Этот простолюдин осознал свою ошибку, — сказал призрак, опустив голову и глубже натянув капюшон. «Да у него глаза на затылке!»

С тех пор Призрак стал жить в небольшой комнатке во дворце, рядом с помещениями для прислуги. Всё своё время он проводил в мастерской, где работал над чертежами. Император предоставил ему первоклассную бумагу, чернила и всё необходимое для работы. Для присмотра и связи с императором к нему приставили Цзин Юаня.

«Итак, Его Высочество унаследовал императорский трон, и теперь мне следует называть его «Величество», — думал Сяо, рассматривая подготовленный чертёж. — Я хочу создать для него великолепное устройство для церемонии жертвоприношений, которому не будет равных. Никогда бы не подумал, что Его Величество так серьёзно относится к этому вопросу и будет так тщательно следовать воле Небес. Это прекрасная возможность, подаренная мне Судьбой. Нельзя упускать такой шанс».

Он обратился к богу Войны и попросил аудиенции у Его Величества, чтобы продемонстрировать свои наработки для будущей печи жертвоприношений. Сяо не надеялся на скорую встречу, потому как молодой бог-император был завален дворцовыми делами, и удивился, когда Цзин Юань попросил его немедленно явиться.

«Я сделал всё, что мог», — думал Призрак, направляясь в комнату, где император обычно разбирался с бумагами. — «Интересно, понравится ли ему?»

Император не любил, когда ему мешали, поэтому в залах всегда царила тишина, подобная безмятежному небу. Однако сегодня всё было иначе. Фань Сяо остановился у ширмы, которая разделяла комнату на две части, и замер, услышав плач ребёнка и растерянные крики слуг: «Маленький принц, нельзя тревожить Его Величество. Скорее иди сюда! Ваше Величество, прошу прощения, но он очень хотел увидеть вас.»

«Откуда в покоях императора мог взяться ребёнок?» — подумал Призрак и осторожно выглянул из-за ширмы.

Маленький мальчик ползал по мраморному полу залы возле ног императора. Он цеплялся за полы одежды, чтобы привлечь его внимание. Ребенок плакал и просился на руки. Малыш с белокурыми волосами был настолько очарователен, что словами не передать. Его васильковое ханьфу было расшито золотыми цветами, а на маленьких ножках красовались белые носочки.

«Не имеет значения, из какой семьи это дитя, — печально покачал головой Сяо. — Он всё равно обречён. Ведь прикасаться к императору — это самое тяжкое преступление».

Его удивлению не было предела, когда император сначала нахмурился, а потом все же отложил перо и поднял малыша на руки.

«Сяо Чжань, почему ты так мало ешь и такой непослушный?» — спросил мальчика Ло Юньси, пытаясь быть строгим, но в его взгляде читалась теплота. «Принесите сюда еду, я сам покормлю его», — обратился император к испуганной служанке.

— Не хочу есть, — заявил малыш и потянул Небесного императора за прядь пшеничных волос. — Хочу играть.

— А’Чжань, отпусти, больно! — вскрикнул император. Бросив поднос с едой, служанка тут же схватила ребенка и поспешила унести его подальше от Ло Юньси.

— Ох, он обслюнявил мои волосы! — с огорчением пожаловался император. — Теперь они все мокрые и пахнут молоком.

Тут он заметил кусок тёмно-синей мантии Призрака, выглядывающий из-за ширмы и позвал его: «Сяо?»

«Никогда бы не подумал, что мне придётся стать свидетелем такого», — подумал Призрак, кланяясь императору.

— По какому вопросу ты хотел встретиться со мной? — спросил Ло Юньси, вновь став серьёзным.

— Вот чертежи, которые я сделал, основываясь на вашей идее, Ваше Величество, — сказал Сяо, протягивая бумаги. — Хотя это лишь черновые заметки, но всё равно прошу на них взглянуть.

— Так быстро сделал? Не хочешь ли меня одурачить? — взгляд императора сделался холодным, как колкий снег холодной зимой. — Если попытаешься обмануть, тебя ждёт серьёзное наказание.

— Ваше Величество, взглянув на чертежи, вы увидите, как усердно я работал, — поклонился Призрак.

Император взял свитки и поморщился от непрерывного плача ребёнка. Малыш судорожно извивался на руках у служанки, слезы текли по его круглым щекам, а головка качалась из стороны в сторону. Он тянул крошечные ручки вперёд, а его взгляд был полон грусти. Малыш мечтал лишь об одном — чтобы отец взял его на руки.

— Малыш так громко плачет, — сказал призрак, заметив, как нахмурился Ло Юньси и спросил: — Можно мне взять его на руки и успокоить?

— Очень смело с твоей стороны, — презрительно хмыкнула слуга и брезгливо посмотрела на него, словно на раздавленного слизняка. — Взгляни на свой статус. Хочешь запятнать своей грязной призрачной аурой маленького принца?

— В этом нет необходимости, — ответил император. — Сяо Чжань — мой сын. Он никому не позволяет носить себя на руках и плачет так каждый день.

«Оказывается Его Величество был женат и даже имеет ребёнка, — подумал про себя Фань Сяо, удивившись до глубины души. — Но ведь он сам ещё совсем ребёнок и не умеет обращаться с детьми».

Призрак посмотрел на малыша и подмигнул ему. К всеобщему удивлению, маленький Сяо Чжань тут же перестал плакать и весело рассмеялся, протянув к нему свои крошечные ручки: «Папа?». Принц вывернулся из рук служанки и ловко забрался на Призрака. Тот нежно пощекотал его через одежду, и мальчик весело рассмеялся.

— Хочет ли маленькое Высочество погремушку в форме барабана? Ходунки или стрекозу, которая умеет летать?

— Да, да, да! — тараторил малыш. Он со смехом снял с призрака капюшон и принялся дёргать его серебристые пряди.

«Как такое возможно? Этот призрак с первого взгляда пришёлся по душе принцу. Почему так? — думал император. Он совершенно не умел обращаться с младенцами и сейчас с нотками ревности наблюдал за смеющейся парочкой. — Неужели он и на такое способен? Это совсем не похоже на что-то хорошее… Мне это не нравится. Он может почувствовать свою значимость и стать неуправляемым».

Ло Юньси отпустил прислугу и склонился над чертежами, пытаясь найти ошибку, чтобы сбить спесь с наглого призрака. Однако, к его удивлению, конструкция оказалась именно такой, какой он её и представлял. Тогда император признал, что просто надкусил кислую сливу и обратился к Сяо:

— Этот одинокий правитель взглянул на набросок и должен признать, что он неплох. У тебя действительно есть талант.

— Обладаю ли я полезными для Вашего Величества способностями? — спросил Призрак.

— Замысел ещё нуждается в доработке, чтобы достичь идеала, — Ло Юньси задумчиво прикусил губу и постучал кончиками пальцев по столу. — Я хочу построить для тебя кузницу. Это дело должно оставаться в тайне, но не затягиваться. Я хочу, чтобы ты был полностью мне предан.

Похвала императора и слова о постройке кузни оказались настолько неожиданны и ошеломительны для Призрака, что его глаза заволокло слезами от смущения. Не отпуская малыша, он встал на колени и поклонился.

— Сяо клянётся, что не проронит и слова и никогда не предаст Ваше Величество.

— Одной твоей клятвы, конечно, недостаточно, — сказал Небесный император, и его смех зазвенел, будто на ветру колокольчики. — Готов ли ты заключить кровное соглашение, чтобы стать моим верным рабом и служить вечно?

«Вечно служить Его Величеству, — призрачное сердце Сяо, казалось, вот-вот разорвется от счастья. — Разве это не то, чего я так жажду?»

— Стать моим рабом имеет свои преимущества, — Призраку показалось, что император ему подмигнул. — Я дам тебе немного времени, чтобы ты мог подумать и, возможно, выдвинуть свои условия. Этот одинокий правитель трёх царств может предложить не так уж много привилегий, поэтому тебе стоит хорошенько всё обдумать.

— Нет необходимости в каких-либо условиях, — тихо ответил Сяо. — Я готов это сделать.

— Это очень серьёзно, — предостерёг его император. — Нельзя так просто соглашаться.

— Я на все согласен, Ваше Высочество. Я хочу быть вашим рабом.

«Великие предки, какой жалкий дикий призрак, у него совсем нет мозгов», — почему-то с досадой подумал Ло Юньси, разглядывая красивое лицо Сяо, и ответил: «Хорошо, бог-император не обманет своего маленького призрачного раба. Значит, оформим контракт, а потом ты сможешь подумать над вознаграждением».

На следующий день Сяо привели в порядок для церемонии и представили императору. Ло Юньси некоторое время молчал, глядя на стройную фигуру мужчины, обнажённую грудь и его длинные, сияющие лунным светом, волосы. Стыдно признаться, но глубокой ночью, лежа без сна на своём ложе, он окунался в воспоминания о призраке. Император не хотел себе признаваться, но ему нравилось видеть рядом эти тёплые и красивые глаза, в которых отражались верность и преданность.

— Этот правитель дарует тебе фамилию Фань, — наконец проговорил Небесный император. — Теперь никто не посмеет смотреть на тебя свысока.

— Фань Сяо благодарит Ваше Величество за безграничную щедрость, — ответил призрак и поклонился, касаясь лбом мраморного пола.

Ло Юньси сделал надрез на своём пальце, и когда появилась капля крови, он произнёс:

— Я связываю твою душу своей кровью с моим сердцем, — произнёс император. — Теперь тебе следует произнести клятву.

— Фань Сяо сделает всё, чтобы Ваше Величество жили и правили вечно. Вы навсегда останетесь моим хозяином, а я вашим призрачным рабом, — поклялся Призрак. Его глаза сияли, как звёзды на небе, отражая безграничное уважение.

Зрачки императора сузились, он концентрировал волю, а затем быстро описал в воздухе указательным пальцем окружность и прижал его к груди призрака. Словно пером, он начал выводить на груди Фань Сяо символы, только вместо чернил использовал свою божественную кровь. Тело призрака принимало кровавые знаки, как драгоценную влагу, упавшую на жаркие пески.

«Как призрак с таким низким уровнем развития смог достичь настолько близких отношений с богом? — не веря в происходящее, думал Фань Сяо. — Теперь я ношу фамилию, которую мне дал сам Владыка трех миров. Я получил его кровь… И пообещал провести с ним вечность. Это лучшее, что может быть в моей жизни».

Император провёл раскрытой ладонью перед лицом Фань Сяо, как будто собирая в неё все печали и заботы, а затем положил её ему на макушку. «Какие же у него притягательные волосы»…

— Кровный контракт вступил в силу, — произнёс император. — Твой уровень самосовершенствования ещё очень низок. Возможно, это укрепит твой дух.

«Поскольку маленькому принцу было очень одиноко, Его величество попросил меня каждый день играть с ним. Также он поручил опытным мастерам построить кузнечную мастерскую, основываясь на моих пожеланиях. Я был самым счастливым человеком в трех мирах. В те времена случалось много забавных и милых историй. Однажды я попросил Его Величество подержать маленькое высочество…»

— Ваше Величество, прошу вас, помогите мне, — обратился Фань Сяо к императору, когда тот вышел из своих покоев. Он протянул ему младенца. — Не могли бы вы подержать маленького принца, пока я принесу ему одежду? Малыш испачкался во время еды, поэтому нужно его переодеть.

— Но я спешу на собрание, — растерялся Ло Юньси. Однако, когда Сяо Чжань потянулся к нему, Ло Юньси не смог устоять и взял ребёнка на руки.

— Какой милый, — ворковал император, рассматривая малыша. — Ты всё больше становишься похож на меня, однако глаза и брови у тебя совсем как у Су Чжуй.

— Мама, мама, — засмеялся маленький Сяо Чжань и потянул императора за волосы. Это занятие очень нравилось мальчику.

— Ты называешь меня мамой? — брови Небесного императора удивлённо взлетели вверх. — Так делать не следует, потому что я твой отец.

В этот момент между ног маленького принца появился фонтанчик, который довольно ощутимо орошил одежду Его Величества. Когда Фань Сяо вернулся, он увидел забавную сцену: император, в насквозь промокшей одежде, широко раскрыв глаза, стоял неподвижно, словно статуя, и держал на вытянутых руках плачущего малыша.

— Ваше Величество, — воскликнул Призрак, всплеснув руками. — Что вы оба натворили?

— Он это нарочно сделал? — спросил Ло Юньси, передавая младенца Фань Сяо и осматривая свою мокрую одежду. Своим видом император напоминал мокрую взъерошенную птицу, заставляя призрака невольно улыбаться.

— В следующий раз маленькое высочество обязательно вас предупредит, когда ему захочется пописать, — тихо засмеялся Фань Сяо. — Реакция Вашего Величества была не такой быстрой, как хотелось бы.

«Время шло. Я прожил во дворце богов несколько сотен лет. Большую часть своего времени я посвящал тому, что наблюдал за строительством большой печи или выполнял поручения по приказу Его Величества. В оставшееся время я был рядом с принцем Сяо Чжанем и наблюдал, как он растёт и развивается. Его Величество тоже возмужал. Его тело стало необыкновенно красивым, а аура — холодной, мрачной и внушительной. Он всё чаще отсутствовал на императорских советах и совсем не проявлял внимания к Сяо Чжаню. Когда тот с улыбкой обнимал его, он лишь отшучивался, говоря, что большие и маленькие духи очень навязчивы. После того, как была закончена постройка большой печи, Его Величество и одиннадцать древних богов осмотрели жертвенный алтарь. Никто не знает, о чём они договорились. Наконец была назначена дата первой церемонии жертвоприношения. В тот вечер его величество устроил роскошный пир для всех своих подданных во Дворце Богов. Я слышал, что он не отказывал никому из тех, кто выходил вперёд, чтобы произнести тост, и выпил множество чаш. Даже когда он возвращался в свои спальные покои, его походка была несколько неуверенной.»

— Ваше Величество, позвольте мне принести вам средство, которое поможет избавиться от опьянения, — предложил Фань Сяо, бережно поддерживая императора под локоть.

— Нет нужды, — отмахнулся Ло Юньси и присел на скамью. — Что плохого в том, чтобы иногда позволить себе немного расслабиться? Фань Сяо, иди сюда, — сказал он, похлопав по месту рядом с собой.

Красивое лицо призрака вытянулось в недоумении. «Он ставит меня в неловкое положение. Я даже боюсь посмотреть ему в лицо. Кажется, что увидеть его пьяным будет богохульством, не говоря уже о том, чтобы сидеть рядом. Да кто бы вообще осмелился сесть с ним?!».

— Я благодарю Ваше Величество, что предоставили мне место, — пробормотал Фань Сяо и, едва дыша, сел на другой краешек скамьи.

— Где же Сяо Чжань? — внезапно поинтересовался император.

— Маленькое высочество устал вас ждать и уснул.

— Фань Сяо, скажи мне… — начал император и надолго замолчал, словно не мог подобрать слова. — Если однажды я стану не тем, кем был, ты будешь разочарован?

— Что бы не случилось с Ваши Величеством я никогда этого не сделаю, — не понимая куда клонит император, ответил Призрак. — Вы навсегда останетесь моим хозяином. Однако, с чего бы это Вашему Величеству меняться? Есть какая-то причина? О чём вы беспокоитесь?

— Ничего особенного, — зевнул Ло Юньси. — Просто спросил. Скучно сидеть просто так. Не составишь ли мне компанию на несколько партий в го?

Император самостоятельно принёс доску и они расположились прямо на скамье. Ло Юньси сделал первый ход и игра началась, со временем становясь всё более захватывающей. Фань Сяо и Небесный император делали сложные комбинации и ловушки, пытаясь перехитрить друг друга. Они оба были очень умны и терпеливы, поэтому каждая партия продолжалась довольно долго.

— Как стыдно, — огорчённо сказал Призрак. — Кажется, я опять проиграл.

— Твои способности в игре заслуживают похвалы. Удивительно, что ты смог так долго продержаться в партии.

«Когда я видел, как он играет в го, то не мог определить, пьян он или трезв. Император действовал точно и чётко, предугадывая мои шаги и заранее разрабатывая план действий».

— Я помню, что ты из клана русалок, — неожиданно произнёс император. Он поставил локоть прямо на доску и подпёр подбородок ладонью. — По слухам, русалки — очень скрытный клан. Они живут в глубинах Великого пруда Юнь Мэнь. И каждая из них невероятно красива. Я бы хотел посмотреть насколько соответствует твоя первоначальная внешность тому, о чём говорят слухи.

«Услышав эти слова, я понял, что Его Величество сильно пьян. Если бы император был трезв, он бы никогда не позволил себе такой двусмысленной фразы».

— Только не говори мне, что не способен к трансформации. Ты совершенствовался на протяжении такого долгого времени, что, должно быть, идеально восстановил свою первоначальную форму, — продолжил император, глядя на Фань Сяо лукавым взглядом и, видя, что тот не собирается отвечать, спросил: — Что, не хочешь, чтобы я на это взглянул? Как мелочно!

— Ваше Величество не знает, что значит показывать хвост для клана русалок…

Призраку хотелось провалиться сквозь землю от этого разговора. Потому что русалки показывают свою изначальную форму только тогда, когда хотят совокупиться со своим возлюбленным. Он совершенно не представлял, как можно ответить императору, и уже занёс руку с камнем, чтобы сделать ход. В этот момент Ло Юньси быстро подхватил свой камень, и их пальцы соприкоснулись в воздухе. Фань Сяо, словно поражённый молнией, моментально отдёрнул руку.

— Ваше Величество, я… — Фань Сяо был не в силах вымолвить ни слова. Внезапно император смешал камни и скинул их на пол.

— Пожалуй, на сегодня достаточно, — сказал он, устало потирая переносицу. — У меня разболелась голова. Я приму ванну и лягу спать.

— Хорошо, Ваше Величество, Фань Сяо уходит, — Призрак поклонился и попятился из комнаты.

— Завтра я приведу Сяо Чжаня в мир людей, чтобы он отдал дань уважения своей матери. Ты последуешь за мной.

— Слушаюсь, Ваше Величество, — ответил Фань Сяо и едва не бегом устремился на улицу.

«Как нелепо, как всё неправильно!» — он в сердцах ударил кулаком по стене и, прислонившись к ней спиной, сполз на пол. — «Как я мог даже подумать об этом? Я всего лишь презренный раб-призрак. Как я могу испытывать трепетные чувства к Его Величеству?! Если он заметит хоть малейшие признаки этого, то испытает глубочайшее отвращение и, возможно, навсегда изгонит меня из дворца. Он будет надо мной насмехаться. Нет, я не смогу вынести даже его холодного взгляда. Пока я не совершил ошибок, следует попросить Его Величество издать указ, который позволит мне покинуть дворец богов. Пусть он лично присмотрит за печью».

Превозмогая безумный стук сердца и подступавшую дурноту, вызванную сильным волнением, Фань Сяо встал на ноги и направился в императорскую купальню.

— Ваше Величество, Фань Сяо хотел бы ещё кое-что сообщить. Пусть Ваше Величество удостоит меня встречи! — Призрак, не ожидая от себя такой смелости, отодвинул ширму и зашёл внутрь.

В какой-то момент он придумал себе игру: если император не отвечает, он успокаивается и больше не тревожит его в этот день. Однако, когда Фань Сяо не получил ответа на свои слова, его мысли сразу же переключились и придумали оправдание: «Он ведь не мог уже уснуть, вдруг что-то случилось?» И он решил зайти немного дальше.

Призрак никогда раньше не видел императорскую купальню и самого императора, принимающего ванну. И вряд ли кто-то ещё видел это зрелище, которое сейчас предстало перед несчастным рабом. Фань Сяо не обращал внимания на роскошное убранство комнаты и большую купальню, которая занимала почти всё пространство. Его взгляд был прикован к мужчине, который облокотился о её край. Соблазнительные плечи, красивые руки и распущенные волосы мужчины, которые в свете свечей были похожи на солнечные лучи.

«Ничего опасного не должно произойти, если я подойду. Он выглядит так невинно и даже несчастно», — убеждал себя Фань Сяо.

— Ваше Величество? — позвал Призрак и осторожно коснулся плеча императора. Не услышав ответа, он понял, что горячая вода, вероятно, усилила действие алкоголя, и Ло Юньси крепко заснул.

«Нельзя оставлять его здесь в неподобающем виде», — подумал он и торопливо оглянулся. Коридоры были пусты — скорее всего император заранее отпустил слуг. «Никто не заметит, если я отнесу его на кровать», — подумал Фань Сяо и шагнул в воду.

«О боги, как он красив! Это похоже на дивный сон». Пальцы призрака коснулись нежной, словно шёлк, кожи императора и на руке вместе с приятным возбуждением появились крохотные лазурные чешуйки. Он посмотрел на его волосы, и ему захотелось запустить в них пальцы и провести рукой по спине.

«Мой бог, мой хозяин… Как бы я хотел, чтобы ты принадлежал только мне. Все те места,

куда другим не дано и коснуться… Взгляд, который столько перенёс. Одинокий, хрупкий, измученный»…

Неожиданно его фальшивое тело, для которого он с таким трудом создавал прикрытие, унаследовало все инстинкты, все обострённые чувства клана русалок, желание проглотить человека, в которого он по уши влюблён.

Когда действие человеческой формы прекращается, русалки теряют свою одежду, которую они носили в облике людей. Эта одежда появляется на них только тогда, когда они снова принимают человеческий облик.

И сейчас в воде рядом с императором появился прекрасный русал с мягкими белоснежными волосами, словно летящими облаками, и тёмно-синим хвостом, который блестел как самоцвет. Его глаза сверкали как самое чистое морское стекло. Идеальный символ красоты, способный унести душу в мир грёз.

«Я хочу покусать его, разорвать на части и трахать до самой смерти. Неудивительно, что люди считают такие занятия источником счастья. Это заставляет потерять способность ясно мыслить и полностью отдаться экстазу. Я хочу испытать это чувство».

Фань Сяо неожиданно обнял императора хвостом, подтащил его к более мелкому месту и уложил так, чтобы голова оставалась на поверхности, а тело было скрыто под водой. Он не был искушён в поцелуях, но этот момент не хотел упустить. Ощущать губы императора на своих было одновременно прекрасно и пугающе, призрак не знал, что будет дальше. Ло Юньси же продолжал крепко спать, одурманенный вином.

Фань Сяо, осмелев, развязал завязки тонкой рубашки императора и распахнул её. Он наклонился и прильнул губами к коже на животе над пупком, коснулся кончиком языка аккуратной ямочки и ещё раз поцеловал её, пробуя на вкус. Затем он продолжил поцелуями свой путь вниз, к паху императора.

«Что происходит?» — пробормотал император и пошевелился.

— Не просыпайся! — с отчаянием произнёс призрак и закрыл ладонью его глаза. — Прошу тебя, не двигайся.

— Фань Сяо? — Ло Юньси в изумлении уставился на красивого мужчину с лазурной чешуей и русалочьим хвостом. — Что ты делаешь?

Затем он посмотрел на своё полуобнажённое тело и с такой яростью оттолкнул призрака, что тот отлетел в противоположный угол купальни и закашлялся кровью. Император быстро выскочил из воды и закутался в халат, дрожа как осиновый лист на ветру.

— Ваше Величество, простите, у меня не было дурных намерений, — прохрипел Фань Сяо. — Ваше Величество, я увидел, что вы были пьяны, и хотел помочь вам вернуться в спальные покои, так как вы уснули в ванне. Однако, когда я коснулся воды, то неожиданно принял свой истинный облик. Поверьте, это вышло случайно, и я вовсе не собирался подглядывать за вами.

«К счастью, я не оставил на его теле никаких следов, — с едва заметным облегчением подумал призрак. — Смогу ли обмануть его и пройти через это испытание?»

«Серебристые, как лунный свет, волосы, глаза цвета пурпура и русалочий хвост, мерцающий, словно звёзды. Так вот как ты на самом деле выглядишь», — едва дыша прошептал император, пристально разглядывая Фань Сяо. Он поднял пальцем его подбородок.

— Подними голову. Исходя из твоих слов ты действительно служишь императору всем сердцем? Если бы этот правитель наказал тебя, то прослыл бы недалеким человеком. Учитывая наш кровный контракт не думаю, что ты намеренно посмеешь причинить неуважение ко мне. Принимая во внимание, что это твой первый проступок, я готов тебя простить. Но если снова забудешь о хороших манерах, то будешь сурово наказан.

«Он не понял, что я вёл себя неподобающе. Я даже немного расстроен из-за этого. Мне хотелось провалиться сквозь землю и быть разоблачённым в этот самый момент. Я хотел раскрыть свои действия, чтобы он почувствовал обиду и разозлился. Я хотел дать ему понять, что я — человек, которого нужно презирать и считать сумасшедшим».

— А теперь иди, — Ло Юньси поплотнее запахнул одежду и повёл плечами, как будто ему было холодно. — Я больше не чувствую опьянения и хочу побыть один, чтобы привести мысли в порядок.

— Благодарю Ваше Величество за доброту и милосердие, — произнес Фань Сяо, прежде чем выскользнуть за дверь.

Если бы он немного задержался, то увидел бы, как Ло Юньси поднёс руку к своим губам и сказал: «Неужели он думает, что меня так легко одурачить? Как дерзко и бесстыдно с его стороны! Он осмелился на этот поступок, но не решился признаться в этом? Если бы он не был моей самой важной шахматной фигурой, я бы точно не стал так легко его отпускать! Однако хвост Фань Сяо был таким милым… Наверное, мне всё-таки следовало бы дать ему пощечину. Но я хотел бы узнать, каково это — чувствовать холодную, как лед, гладкую, как атлас его… В следующий раз, если он превратится в русала, я это сделаю!» — твердо пообещал себе император. — «Нет, это больше не повторится. А каким будет следующий раз?»

В итоге он окончательно запутался в своих обрывочных мыслях и чувствах, и решил лечь спать.

В это же время Фань Сяо стоял у кроватки маленького Сяо Чжаня. Он больше не мог оставаться во дворце и заботиться о мальчике. Его пугали собственные мысли и действия в отношении своего господина. «Я больше не могу себя контролировать», — в отчаянии Призрак зажмурился, вспоминая, как пробовал на вкус губы императора.

***

На следующий день император сделал вид, будто ничего не случилось. Он вёл себя как обычно, чего нельзя было сказать о Фань Сяо, который терзался угрызениями совести. Как и обещал, Ло Юньси отправился вместе с маленьким принцем и Призраком в мир людей на гору Кунь Лу. Они остановились возле большого дерева, рядом с которым стоял небольшой постамент. По обеим его сторонам горели свечи, в центре располагалась курильница, а также были разложены фрукты и сладости. Император зажёг благовония и подозвал к себе мальчика.

— Посмотри, Сяо Чжань, — неторопливо и плавно произнёс император, указывая на дерево. — Это твоя мать. Когда-то она была удивительным и прекрасным цветочным демоном.

— Мама? — переспросил принц, сомневаясь, как может дерево быть матерью.

— Да, это её истинная духовная форма. Ты должен помнить, что она очень любит тебя. Посмотри, старшая сестра Су Чжуй, твой сын Сяо Чжань стал совсем большой. Он очень умный и послушный.

Пока император говорил, принц встал с его коленей и трижды поклонился своей матери.

— Он любит природу и маленьких животных. Это действительно сложно — изменить свои врождённые склонности, — продолжил император, углубившись в воспоминания, и стал говорить уже про себя: «В настоящее время я являюсь правителем трех миров и шаг за шагом осуществляю свой план. Многие люди пожертвуют своими жизнями ради воплощения этого плана в жизнь. Возможно, выбор окажется самым болезненным в моей жизни. Я только лишь желаю с чистой совестью выполнить данное тебе обещание. Я лишь боюсь, что…»

— Почему ты плачешь? — спросил Сяо Чжань, утирая слёзы императора своими маленькими ручками.

— Сяо Чжань, если в будущем отец-император не сможет стать твоим героем и защитить тебя, что нам тогда следует делать? — высказал свои опасения Ло Юньси.

— Это потому, что отец-император должен быть героем для всех? И не может быть моим личным героем?

— Ты понял меня более или менее правильно, — кивнул Ло Юньси.

— Не беспокойтесь, отец-император, — отмахнулся Сяо Чжань, — я могу постоять за себя. Должно быть, непросто защищать такой огромный кусок земли. Когда я стану чуть старше, то смогу помочь тебе.

Ло Юньси заключил принца в крепкие объятия. «Я сделал что-то не так?» — спросил малыш, удивляясь неожиданной ласке.

— Наоборот, то, что ты сказал было усладой для моих ушей. Но больше всего на свете мне хотелось бы защитить тебя, а не стоять на страже этих пустынных земель. Не рассказывай об этом своему дяде-призраку, хорошо?

— Отец-император боится почувствовать смущение за свои слёзы? — спросил мальчик. — Но ведь в этом нет ничего постыдного. Однако я сохраню нашу тайну.

«Вернувшись во дворец, я попросил разрешения самому следить за большой печью. Его Величество не стал задавать лишних вопросов и позволил мне возвращаться во дворец в любое время, а также долго не задерживаться на границе. И, возвратившись после долгого отсутствия, я узнал пренеприятнейшую весть».

— Ваше Величество, как вы могли изгнать маленькое высочество одного в мир людей? — ужаснулся Фань Сяо. — Он — ваш единственный наследник. Как вы можете прогнать его по своей прихоти?

— Если бы я позволил ему остаться, он, без сомнения, был бы подготовлен к положению наследника, — холодно ответил Ло Юньси. — Однако он слаб, беззаботен и чрезвычайно туповат…

— Чрезвычайно тупой? — эхом повторил Фань Сяо, не веря своим ушам.

— Ему будет сложно стать способным человеком, поэтому, возможно, будет лучше, если он покинет мир богов.

— Это не похоже на то, что вы говорили раньше, — произнёс призрак, потрясённый словами императора. — Даже, если бы вы захотели избавиться от него, могли бы подождать, пока он подрастёт. Он ещё совсем ребёнок! Всего несколько дней назад он пил молоко. В мире людей столько опасностей, что ему там не выжить в одиночку.

— Тебе не нужно так сильно переживать. Сяо Чжань уже обладает достаточной силой для самозащиты. Даже жестокие и демонические звери не смогут причинить ему вред так просто. Ты научил его тому, что оказалось полезным.

Император вспомнил, как во время их последней встречи маленький Сяо Чжань продемонстрировал ему домик на дереве, который он сам построил.

«Сегодня ночью нам не придётся ночевать на земле», — с гордостью сообщил принц императору. «Отец-император, Хаос вернулся с охоты, поэтому мне нужно идти».

Тут император увидел, как маленький демонический зверь тащит огромного питона, который был в несколько раз больше его самого.

— Сяо Чжань, я всегда буду заботиться о тебе, — заявило пушистое создание. — Это змея, которую мы приготовим на ужин. Не благодари!

— Хаос, — всплеснул руками Сяо Чжань, — где ты научился охотиться на змей? Давайте не будем причинять ей вред. Если мы съедим змею, её семья будет очень расстроена.

— Я знал, что ты так скажешь! — гордо заявил Хаос. — Поэтому я съел всю её семью, она осталась одна.

— Голова этой змеи имеет круглую форму, а сама она яркую окраску, — размышлял Сяо Чжань со всех сторон осматривая «ужин». — В книгах говорится, что они чрезвычайно ядовиты.

— Ядовита? — переспросил Хаос и печально опустил ушки. Затем он упал на спину и начал громко плакать.

— Хаос, ты в порядке? — наклонился к нему Сяо Чжань.

— Чтобы нас прокормить, старший брат ловит всё без разбора, — ответил за него малыш, которого звали Обжора. — Из-за этого у него, вероятно, будет диарея в течение следующих нескольких дней, но потом всё будет хорошо.

«Возможно, там он будет в безопасности. Если Небесный закон его не заметит, это будет наилучшим исходом. После того, как я убью верховное божество, верну его обратно», — подумал император, возвращаясь из воспоминаний в реальность. Его руки мгновенно задрожали, покрываясь сеткой синюшных вен, а сердце уколола ледяная игла боли.

— Фань Сяо, прошу, не продолжай, — сказал император, пряча руки в широких рукавах. — У тебя нет права обсуждать решения императора.

— Но Ваше Величество, — посмел возразить Призрак.

— Я приказываю тебе уйти! — громко крикнул Ло Юньси, и Фань Сяо повиновался.

«После этого случая я стал реже посещать Дворец богов. Я наблюдал за работой великого горнила и совершенствовал его в соответствии с дикими фантазиями Его Величества. Кроме того, пройдя через несколько церемоний жертвоприношений, я осознал, насколько они жестоки. В течение многих тысячелетий Его Величество тайно сражался и строил козни против Воли Небес. Это привело к тому, что огромные территории снова и снова оказывались на грани выживания. Народ всё больше проникался ненавистью к императору из-за жестокости обрядов жертвоприношения. В конце концов, ситуация подходила к болезненному финалу. В тот год, когда Бог Весны был принесён в жертву, три королевства были потрясены. Я нашёл императора в молельном зале, где он стоял на коленях перед огромной статуей трехглавого божества».

— Ваше Величество, это ваше окончательное решение? — Призрак был вне себя от горя и ярости. — Чтобы ублажить эту тварь, вы отправите маленькое Высочество на смерть! — Фань Сяо в гневе пнул ногой подношения Небесному закону.

— Тебе не позволено грубить верховному божеству! — холодно сказал император, даже не обернувшись.

— Неужели вы забыли, как сильно он вас любит и как много вы значите для него? — спросил Призрак и, не сдержав слёз, заплакал. — Даже когда вы прогнали его, маленький принц ни разу не возненавидел вас.

— Не будь глупцом, — ответил Ло Юньси. — Как и у остальных у него не должно быть привилегий.

— В прошлом вы были другим, — Фань Сяо сжал кулаки. — Если бы я не был рядом с вами, то никогда бы не подумал, что такое возможно. Невозможно представить, что любящий отец может превратиться в убийцу собственного сына. Вы стали марионеткой Небесного закона. Бога, которому я поклонялся, больше не существует! Я хочу аннулировать контракт и уйти. Отпусти меня!

— Уйти? — император поднялся и схватил его за грудки. В его глазах пылали гнев и какое-то отчаяние. — Ты единственный, кто не может этого сделать. Ты должен повиноваться и беспрекословно следовать моим приказам.

— Как и ожидалось, вас волнует только то, что, связано с Великой Печью, — горько ухмыльнулся Фань Сяо. — Только это может пробудить ваши эмоции, Ваше Величество. Великая Печь — это самое важное для вас. Это для вас гораздо важнее, чем маленький принц, чем три царства и даже важнее, чем вы сами. Но разве вы не думали, что… Возлагать такую большую ответственность, которая может быть использована против вас, на этого раба-призрака… Это очень опасно?

Не до конца понимая, что делает, Фань Сяо взял в ладони лицо императора и посмотрел ему в глаза.

— Если вы не хотите, чтобы я разрушил вашу драгоценную печь, не смотрите на меня так отчуждённо. Пришло время меня выслушать.

— Что именно ты хочешь?

— Прошло много лет, но, хотя я изо всех сил старался это скрыть, Вашему Величеству следовало бы уже догадаться о… том особом интересе, который я испытываю к вам. Верно?

Призрак одним сильным движением повалил императора на пол и крепко сжал его запястья.

— Какой грязный пол, — усмехнулся Фань Сяо.

Он понимал, что уже совершил серьёзный проступок по отношению к императору, и больше не было нужды в официальном тоне.

— Раньше я бы пожалел тебя, ведь кожа нашего достопочтенного правителя, нет, даже прядь его волос не должна быть запачкана грязью. Но теперь ты находишься на том же уровне бесчестия, что и я. Какая разница, если я тебя испачкаю? Давай же вместе обратимся в прах.

«Тогда всё закончилось очень быстро. Его Величество не проронил ни слова, только крепче вцепился в мою одежду и стиснул зубы, задыхаясь без слёз. Мне не забыть, не стереть из памяти алые следы на его теле и его запятнанную одежду. Не в силах совладать со своей яростью, угрызениями совести и телом, ещё полнящимся наслаждением, я бежал, оставив его на грязном полу молельного зала. Опустился тяжёлым мешком к стене своей мастерской, вытер об одежду липкие руки, а в ушах ещё долгое время стоял рваный шелест дыхания императора».

— Как же я был глуп, — Фань Сяо снова и снова целовал волосы своего возлюбленного. — Ваше Величество, тогда я совсем тебя не понимал. Я поступил с тобой так жестоко. Когда я вспоминаю прошлое, каждая мелочь вызывает боль и сожаление. До сих пор я не объяснил тебе, что значит хвост для русалки. И всё ещё не занимался с тобой нежной любовью. Мне бы хотелось вместе с тобой взглянуть на сегодняшний прекрасный мир, полный жизни. После того как мы расторгли контракт, ты должен мне вознаграждение. В любой момент, когда я попрошу о помощи, ты обязан мне её оказать. У меня есть только одно желание — чтобы ты вернулся. Ведь бог не станет лгать своему жалкому призраку. Верно? — Фань Сяо взял весло и оттолкнулся от берега. — Ваше Величество, я умоляю вас вернуться.

Примечания: *человек, который управлял джонкой

** Мост Най Хэ, также известный как мост Забвения в китайской мифологии.

В оригинальной маньхуа император дал свою фамилию Призраку, здесь же мы используем значение иероглифа фань "эталон, идеал", т.е император его считает идеальным.

Фань Сяо