Это произошло за несколько дней до праздника влюблённых. Юноши нагулялись и, решив перекусить, расположились в тени деревьев. Сяо Чжань расстелил скатерть и разложил еду. А Ван Ибо, не переставая его нахваливать, с неподдельным наслаждением стал уминать всё, что приготовил Чжань. Вдруг он напрягся. Отложив недоеденный баозцы, юноша наигранно улыбнулся, вытер лицо и потянулся за поцелуем. Губы едва коснулись: нежно и ласково. Тем временем он быстро прошептал:
— Мы окружены. Беги, как только представится возможность.
— Нет, — Сяо Чжань попытался возразить. — Я не уйду без тебя.
— Не время спорить, — Ван Ибо настойчиво сжал его ладонь. — Скачи на юг. По дороге оставляй весточки в тавернах. Я обязательно тебя найду. Прости, что втянул в неприятности. Помни, что я тебя люблю.
Ван Ибо вытащил мешок с серебром и сунул в руку Сяо Чжаня. Прикрывая возлюбленного, оттолкнулся от земли. Развернувшись в полете, стал падать вниз, встречая высыпавших из леса врагов. Сверкающий серебром меч, который звался Лунным драконом, вылетел из ножен и упал в руку. Увидев тёмные ауры, Ван Ибо убедился, что люди заявились с недобрыми намерениями. А потом заметил Ван Хайлиня. И всё окончательно встало на свои места.
— Его превосходительство, не капризничайте. Князь приказал найти вас и вернуть домой.
— Я больше не наследник престола и могу жить так, как хочу. Мои заверения представлены Совету. Возвращайтесь и передайте отцу, чтобы оставил меня в покое.
— Наивный молодой господин. Это ребячество всерьёз не приняли. Последний раз прошу: оставьте его и следуйте за мной. Иначе придётся применить силу.
— Этот человек — мой муж! Я никогда его не брошу!
— Что ж, молодой господин, я предупредил! Вперёд! Они оба нужны мне живыми. — Ван Хайлинь махнул рукой, и воины бросились на Ван Ибо.
Юноша быстрее молнии скользил среди людей, отражая атаки. Было слышно, как металл режет плоть и протыкает кости. Ван Ибо прикрывал Чжаня, стараясь расчистить путь к лесу, чтобы тот смог бежать. Воины пытались его измотать и ослабить, чтобы накинуть сковывающие путы. Он заметил, как Ван Хайлинь достал юэцинь*
— Чжань, беги! Сейчас же! — закричал Ван Ибо.
Он увидел, как взлетел и опустился кнут на спину его возлюбленного. Сяо Чжань упал, будто подкошенный.
— НЕТ! — услышал Ван Ибо свой бешеный крик и рванулся в его сторону.
Это был отвлекающий манёвр, и его моментально сковали цепями. Они поползли по телу, как холодные змеи, затягиваясь сильнее и сильнее. Юноша изо всех сил старался выбраться, глядя, как Сяо Чжань старается уползти в спасительную чащу. А кнут всё режет и режет воздух.
Ван Ибо собрался, призвал меч и направил его в палача. Клинок рассёк воздух и тело палача. Голова покатилась в кусты, а Лунный дракон послушно вернулся в ножны. Тем временем, сделав отчаянный рывок, Сяо Чжань бросился в лес. Ван Ибо пытался разрубить цепи, но они набрали достаточно энергии, чтобы затянуться ещё сильнее. Крепко опутав тело, стали поглощать его духовную энергию.
Воины поймали и выволокли из леса истекающего кровью Сяо Чжаня. На его теле добавилось несколько свежих ран. Ван Хайлинь вновь начал играть, уже другую мелодию.
— Заклинание разрушающее душу?! — закричал Ван Ибо. — Ах ты, дрянь! Не смей его трогать!
Ван Хайлинь захохотал:
— Твой муженёк сейчас умрёт, а ты его забудешь. Будешь служить нам, как собака.
— Я убью тебя, слышишь, паскуда!
Не обращая внимания на слова юноши, Ван Хайлинь продолжил. Ван Ибо увидел, как туманные сгустки отделяются от тела Сяо Чжаня и плывут в сосуд возле ног заклинателя.
Ван Ибо закрыл глаза и направил энергию в ладони. Сформировав энергетическую копию Лунного дракона, разрубил цепи. Он бросился в атаку и вскоре оказался возле полуживого мужа. Схватив того на руки, устремился в чащу леса. Понимая, что с тяжелораненым Сяо Чжанем выстоять против воинов Ван Хайлиня невозможно, передал оставшуюся духовную силу возлюбленному.
— Ещё одну атаку мне не выстоять, — взмолился Ван Ибо, на мгновение прильнув щекой к его волосам. — Прошу, беги. Я обязательно тебя найду. Обещаю!
Спотыкаясь и падая, Сяо Чжань кое-как побежал вглубь чащи. А Ван Ибо развернулся к нападавшим.
— Ну, ублюдки, повоюем?
Как бы юноша не старался, без духовной энергии у него не оставалось шансов. Смысла в атаках не было, он все равно не мог нанести значительного урона своим противникам. Всё внимание Ван Ибо сосредоточил на отвлечении противника от Сяо Чжаня и своей защите. Множество кружащихся в сумасшедшем танце клинков не оставили Ван Ибо никаких шансов, и вскоре цепи вновь опутали его тело. Оставалось надеяться, что Сяо Чжань успел скрыться.
— Отлично сработано! — похвалил воинов Ван Хайлинь, убирая лютню и небольшой сосуд, в который он успел поместить часть души Сяо Чжаня.
— Господин, — из леса высыпали люди. — Мы не нашли Сяо Чжаня. Прочесали всё вдоль и поперёк. Его нигде нет.
— Он всё равно долго не протянет. Зачистите усадьбу Сяо. Убейте всех, кроме старика и понаблюдайте за поместьем. Если Сяо Чжань вернется туда, немедленно мне доложите.
— Возвращаемся, — крикнул заклинатель и кивнул на связанного юношу. — Нужно немедленно вернуть наследника во дворец.
Сяо Чжань бежал и бежал сквозь лес, брёл наугад по болотам. Напуганный, голодный и израненный, пробирался тёмными ночами через поселения. Он совершенно ничего не помнил. В голове теплилась единственная мысль, что нужно идти на юг. Заклинание Ван Хайлиня полностью лишило его памяти и разрушило душу.
В конце концов Сяо Чжань забрёл в непроходимую чащу. Споткнулся и провалился в болотную жижу. Барахтаясь и захлебываясь в грязи, он пытался выбраться наружу из затопленной ямы. Теряя последние силы, Сяо Чжань вытолкнул измученное тело и пластом упал на сырой мох.
«Кто же я такой? Куда теперь идти?»
Руки мелко дрожали, а изо рта вырывалось болезненное рваное дыхание. В тусклом свете звёздного неба Сяо Чжань осмотрел себя и ужаснулся. Всё тело покрывали кровавые струпья и гноящиеся раны. Боль была такая, словно его резали одновременно тысячи ножей. Сяо Чжань больше не мог идти и понял, что конца не миновать. Сяо Чжань закрыл глаза, ожидая смерти.
«Как больно! Какая страшная боль!»
— Прок-к-клятый! — возле уха раздалось неприятное змеиное шипение. — Как интерес-с-сно. Не живой и не мёртвый.
Сяо Чжань открыл глаза и в свете бледной луны увидел девушку. Она внимательно его осматривала. Ноздри хищно подрагивали, втягивая кровавый запах.
— Хоз-з-зяин, — шипела болотная нечисть, острыми коготками проводя по свежим ранам и жадно слизывая кровь. Пальцы у неё были холодные и неживые.
Сяо Чжань попытался подняться. Но любое, даже самое незначительное движение вызывало страшную боль.
— Что тебе от меня нужно? — хотел спросить Сяо Чжань, но из горла вырвался лишь хрип.
— Не трудись говорить. Я и без слов слышу тебя, немёртвый. Болотной нечисти нужен Хозяин, — прошептала девушка с белыми как снег волосами и бледной кожей. — Мы будем служить тебе, а ты защищать и давать пищу, заманивая в топи людей. Призрачная Долина и её обитатели давно нуждаются в таком, как ты.
— Для чего продолжать жить, если не имею понятия, кто кто я такой. Моя память полностью пуста. Я просто хочу спокойно умереть. Оставь меня и иди своей дорогой.
— Ты не сможешь умереть, — хихикнула девчонка. — Твоя бессмертная душа разорвана заклинанием, которое не даёт покинуть мир живых. Будешь целую вечность мучаться от невыносимой боли. Даже если сожгут твоё тело, то охваченное страданием сознание всё равно будет блуждать по земле без возможности перерождения.
— Как же больно! — вскрикнул Сяо Чжань, попытавшись сесть. — Сможешь облегчить страдания?
— Конечно, — сверкнув заострёнными зубами, улыбнулась нечисть, ластясь к его руке. — Здесь живёт много мёртвых, и ты через время привыкнешь. Меня зовут Нинь Гуан. Ты упал аккурат в мою могилу.**
— Прости, не заметил, что это могила.
— Закрой глаза, Хозяин. Я залечу раны. Обитатели будут поддерживать жизнь и давать тебе силы. Без нашей помощи тело станет гнить, а боль вернётся. Но уже намного сильнее.***
Сердце Сяо Чжаня билось всё тише и тише. Тепло вытекало из него, как вино из треснутого кувшина, унося с собою воспоминания и прошлом. Сяо Чжань стал другим: ни живым, ни мёртвым. Кожа сделалась белее обычного, зубы заострились, а волосы спустились ниже бёдер. Лучи солнца перестали греть кожу, а ему так хотелось тепла…
Заклинание Ван Хайлиня, некроэнергия нежити и чистая духовная энергия Ван Ибо наделили Сяо Чжаня необычной силой. Одно из приобретённых умений дало болоту красоту. Обходя владения, он словно писал картину давно забытого прошлого. И появлялись: полянки с густой травой, островки ярких спелых ягод, пышные кусты, в которых прятались зайцы и весело щебетали птицы. А если капал капельку своей крови, то вырастали диковинные цветы.
Вокруг болота он поднял плотный морок, завлекая людей, которые уже не возвращались обратно. Сяо Чжань равнодушно смотрел, как в туманном мареве, оставляя кровавые полосы, нежить тащит в мутную топь несчастных.
Нинь Гуан заботилась и ухаживала за Сяо Чжанем, став по доброй воле верной служанкой. Остальная нечисть тоже его любила и старалась сделать жизнь своего хозяина лучше. Они нашли заброшенное домовладение и устроили в нём Сяо Чжаня. Приносили безделушки и красивую одежду. Нинь Гуан достала нефритовый гребень, разные украшения и заплетала его волосы в замысловатые причёски. Чтобы развеселить Сяо Чжаня, нечисть дурачилась, показывая шутливые представления, в то же время зная, что их бедного хозяина ничто не радует.
Сяо Чжань не мог спать. Во сне он видел то, что разрывало грудь слепящей болью. Чувствовал согревающие мягкие губы на своей коже. Поцелуи делали его на миг живым. Но это приносило такое невыносимое страдание, что хотелось разрезать грудь и вырвать причину, вызывающую столь сильную боль. Так теперь проходили дни Сяо Чжаня, сплетаясь в годы.
Ван Ибо привезли в родовое поместье. Ван Хайлинь провёл ритуал забвения, стирая воспоминания о Сяо Чжане и опоил зельями, вкладывая в сознание фальшивую любовь к Сон И.
Юноша пошевелился и открыл глаза, затем попытался встать. Во рту было горько, а на голову будто упала каменная глыба. Возле него сидела матушка, смачивая в плошке полотенце и прикладывала его ко лбу.
— Что со мной случилось? — расфокусированный взгляд остановился на её лице. — Почему я лежу в постели, как больной?
— Так и есть, — мать отложила тряпицу и настороженно на него взглянула. — Что ты помнишь до этого момента?
Ван Ибо наморщился и потёр виски.
— Я и соученик были наказаны наставником и собирали травы в лесу, — он замолчал и в затруднении прижал ладонь ко лбу. — Он по обыкновению докучал глупостями, а я велел ему молчать. Это всё.
— Хорошо, — матушка с облегчением выдохнула, поспешно добавив: — Хорошо, что остался жив и память сильно не повредилась.
— Всё тело ломит, — Ван Ибо поморщился. — Расскажи, что произошло.
— Подробности узнаешь у отца. Скажу тебе лишь то, что против нашей семьи строили козни. Заговор зрел давно, но событие твоей предстоящей помолвки побудили мятежников к действию.
— Помолвки? Я не помню, чтобы мы об этом говорили. Мне нужно вернуться к наставнику.
— Милый, ты многого не помнишь. Твой наставник тоже замешан в мятеже. Он специально отправил вас в лес, где тебя схватили и наложили заклинания. Хорошо, что нам об этом донесли, и твой отец принял меры. Бунтовщиков казнили, а тебя вернули домой.
Ван Ибо ошеломлённо покачал головой и тут его взгляд упал на холст, стоящий у окна.
— Какая красивая картина! Откуда она здесь?
— Это твоя будущая жена.
Матушка принесла её поближе к Ван Ибо:
— Девушка прекрасна. Не правда ли?
— Как великолепно нарисовано! Кто художник?
— Я не знаю, мой дорогой. Это прислали в подарок на помолвку. Как только придёшь в себя, навести отца.
— Наступают тяжёлые времена, — хмуро сказал отец, как только Ван Ибо появился в залах дворца с приветствием. — Алчные люди хотят помешать нам стать процветающим княжеством. Сейчас ни на кого нельзя полагаться! Поэтому мне нужна твоя помощь и поддержка. Свадьба состоится в ближайшее время. Уже видел невесту? Она очень красива. Период юношеских глупостей миновал. Нужно повзрослеть. Отныне ты командуешь моей личной стражей. Набери людей и приступай к обязанностям.
С той поры Ван Ибо стал верным псом князя и Ван Хайлиня. Он убивал и творил бесчинства, пока не увидел прекрасную картину в доме старика.
Примечания: *Струнный музыкальный инструмент. Относится к группе щипковых, известен под названием лунная лютня.
** Основано на эзотерической теории, если человека постигла несвоевременная смерть, он погиб насильственной смертью, то человек долгое время может находиться в эфирном плане, не имея возможности перейти в астральный. Обычно такие существа привязаны к месту смерти или захороненному физическому телу. Сущность этих людей находится в плену эфирного тела, которое по каким-то причинам не хочет умирать. Таких существ называют по-разному (нежить, мытарь и пр.), их могут видеть многие люди, поскольку эфирные энергии плотные и грубые по своим вибрациям. Живые люди могут так же давать жизнь, подпитывая нежить своими энергиями, или выполняя ритуалы хождения на место захоронения, подкармливая умерших.
*** Основано на некоторых духовных и эзотерических суждениях об удержании физического тела от распада. Для этого в теории надо подпитывать оболочку (тело) энергией извне и тем самым не давать ей распадаться. Оболочка тела начинает разрушаться только после того, как угасает осознание этой оболочки. Сознание у Чжаня присутствует, соответственно, нежить, давая ему свою энергию, не дает телу разрушиться, а если тело не распадается, то и сознание удерживается на месте. Хотя он не может умереть, распад тела повлечёт за собой распад остатков сознания и Чжань превратится в безумного гниющего зомби, без возможности нормально жить и умереть, т.к части его души в плену у Вань Хайлиня. Как только душа вернётся в тело и обретёт целостность, то и всё остальное восстановится. Т.е он не является нежитью, но и живым назвать трудно.
Комментарии
Отправить комментарий