Одиночество в твоих глазах. Глава 2.

     Сяо Чжань трусливо сбежал от Ибо и закрылся в номере, терзаясь сложными, мучительными чувствами.

Он давно заметил этого до невозможности красивого бармена, который смотрел на него весьма недвусмысленным взглядом. Невзначай поинтересовался и узнал, что его зовут Ван Ибо. Один из лучших профессиональных барменов, участвовал во многих международных конкурсах и к тому же нетрадиционной сексуальной ориентации. Возле юноши всегда толпились исключительной красоты парни и девчонки, надеясь, что он выберет кого-то из них хотя бы на ночь.

Слава в узких кругах о Ван Ибо ходила нехорошая. Говорили, что он груб в постели, ни к кому не имел чувств и не привязывался. В общем, олицетворял собой всё самое плохое, все тёмные пороки.

«Дерзкий, прекрасный, порочный и чересчур эгоистичный ублюдок», — коллеги давали ему нелестную характеристику. Но при этом, Ван Ибо всё равно гипнотизировал Сяо Чжаня.

Его притягивало к юному бармену, словно он набросил на тело лассо, как на жертвенного быка, и тянул к себе. После каждого выступления Чжань приходил и сидел за барной стойкой, перебрасываясь ни к чему не обязывающими фразами, чувствуя себя очарованным и умиротворённым. С капелькой ревности смотрел на то, как Ибо, улыбаясь, грациозно двигается, делая напитки для флиртовавших с ним женщин и мужчин. И вот сегодня Ван Ибо пригласил его в свой номер. Чжань сомневался, были ли его слова наполнены хотя бы капелькой чувств, или это просто забава. Он давно не мог и не хотел никого впускать в свою растоптанную душу. Однажды его использовали и выбросили, словно подержанную вещь, и с тех пор Сяо Чжань закрыл сердце на прочный замо́к.

Чжань прикрыл глаза и перенёсся в далёкое прошлое. В те дни, когда он только начал свою карьеру в одном из агентств, куда толпами свозили парней и девчонок, распоряжаясь ими по своему усмотрению: вкладывали деньги, устраивали ток-шоу, стримы и смотрели, кто из них сможет принести прибыль. Соблазнить наивного Сяо Чжаня не составило большого труда: прикосновения, обещания вечной любви, походы на природу, нехитрая ласка, маленькие подарки. И вот уже худощавое тело в сильных крепких руках его бывшего менеджера. Это позже он понял, что ни о какой любви не могло быть и речи. Он просто хотел его тело, невинное и неискушённое. Его девственную чистоту, его нежные губы с чёрной бархатной родинкой под ними, которые он покрывал жадными слюнявыми поцелуями, скользя рукой меж его длинных точёных ног, наглаживая манящий нетронутый наконечник.

Нехитрая прелюдия подошла к концу, и Чжань оказался под ним. Глаза распахнулись от страха и неведомой первобытной боли. Чжань закричал и судорожно сомкнул ноги, пытаясь вытолкнуть его толстый ствол. Избавиться от того, что одержимо вбивается в него снова и снова. Но не хватало сил, а жилистые руки зажали рот.

Сяо Чжань смотрел на мужчину, ища хотя бы толику любви, но видел лишь похоть. В результате он смирился, закрыл глаза, попытался расслабиться и вторил толчкам мужчины. Чжань проснулся один. Больной, брошенный, словно бесхозная вещь. Кутаясь в тонкую простыню, чувствовал себя опустошённым, грязным и использованным. Побелевшие от холода губы сжались, он зажмурился и стиснул кулачки до боли. Тёмные ресницы затрепетали, а из глаз полились слёзы.

Больше он никому не открывал своё превратившееся в лоскуты разорванного тряпья сердце. Позже у него были связи с мужчинами «по работе» и с женщинами «так нужно для общественной репутации», но не более. А последние несколько лет не было и этого. Сам он давно уже ничего не хотел, а для остальных был слишком стар, хотя ему едва исполнилось тридцать.

Он ничего не хотел до той поры, пока не увидел Ибо. Самого красивого и желанного из всех, кого довелось встретить за свою жизнь. Нужен ли он Ван Ибо, утонувший в пыли собственных болезненных воспоминаний? Чжаню нельзя увлекаться этим мужчиной. Но наивная искорка надежды на любовь зажглась в растерзанном сердце. Захотелось хотя бы ненадолго ощутить давно забытое чувство. Стояла глубокая ночь, когда Чжань осторожно постучал в номер Ибо, надеясь, что он уже спит и можно будет трусливо сбежать. Дверь почти сразу открылась, и он попал в плен объятий.

Ибо не поверил своим ушам, когда услышал осторожный стук в дверь. Одним плавным движением он вскочил с кровати, набросив на себя халат, и открыл дверь. Перед ним был его ангел, самое прекрасное создание из всех, что видел Ибо. Чжань стоял в дверном проёме и со смущенной улыбкой смотрел на Бо изумительно красивыми глазами.

Несколько секунд, показавшихся вечностью, они не могли оторвать взгляд друг от друга. Сердце Чжаня колотилось безумным барабаном где-то в горле, всё быстрее и быстрее. Взгляд Ибо обжигал. Внезапно Чжаня окатила волна лихорадочного жара. Тело словно вспыхнуло в огне. Он подумал о том, чтобы сбежать в открытую дверь, но не смог, потому что неожиданно лицо Ван Ибо оказалось слишком близко от лица Чжаня. Он закрыл дверь и положил ладони по её краям.

— Пожалуйста, будь со мной сегодня, — прошептал он ему прямо в губы, и тело Чжаня совсем ослабело. — Я не обижу тебя, мой ангел. Просто соберу твоё сердце по кусочкам и склею. Я бы с удовольствием набил рожу, а после свернул шею тому, кто разбил его тебе.

Чжань вздрогнул, чем подтвердил все догадки Ибо.

Чуть подавшись вперёд, юноша стал целовать его. Сначала Ибо почувствовал, что Чжань напрягся, когда он кончиком языка коснулся его нижней губы. Сяо дрогнул, но не оттолкнул его. Потом расслабился и осторожно обнял за шею, а из губ вырывался тихий стон.

На вкус Ибо был словно самое изысканное вино. Чжань никогда не пробовал ничего настолько идеального. Ещё мгновение их языки продолжали узнавать и изучать друг друга, пока в лёгких не закончился воздух.

— Знаю, что обо мне говорят, и, скорее всего, ты слышал это. Но я очень прошу тебя, будь со мной. Хотя бы только на одну ночь, — настаивал Ван Ибо, кладя тёплые руки на талию и притягивая Чжаня к своему телу. — Доверься мне, мой милый.

Чжань кивнул, не в силах связать и двух слов. Благодарная улыбка осветила красивое лицо Ибо, и он вновь накрыл губы поцелуем. Чжань не мог сдержать слетевший с губ стон от ощущения интимности соприкосновения тел. Оба растворились в поцелуе. Руки Чжаня скользнули за спину Ибо, и плоть болезненно запульсировала, едва он понял, что под халатом нет нижнего белья.

Ибо очень нежно подхватил Чжаня на руки, словно ребёнка, и положил на кровать. Из-под прикрытых век Чжань смотрел, как Ибо скинул халат, и от вида его тела у Чжаня захватило дух. Стройный, гибкий, словно животное. Хорошо очерченные мускулы перекатываются под кожей, когда он медленно расстёгивает ремень и стаскивает джинсы с Чжаня, с поволокой страсти глядя на него.

Всё, что Чжань так долго копил внутри, вырвалось на волю, неподвластное контролю. Он не протестовал, когда Ван Ибо стянул с него рубашку и, нависнув, оставил на губах жадный поцелуй. Провёл руками по телу вниз и сильнее прижался к Чжаню, почувствовав, как он дрожит. Его губы, словно лепестки розы, дарили Чжаню свою нежность, и он содрогался под ними, отчаянно призывая свой затуманенный разум остановиться и вернуться.

Поцелуи стали глубже. Языки ласкали друг друга в чувственном танце. Мужчины застонали в симфонии обоюдной страсти.

Медленно отстранившись, Чжань коснулся губами шеи Ибо, пробуя на вкус шелковистую кожу и ощущая её жар. Бо, не торопясь, стал спускаться вниз по его телу, прокладывая дорожку из лёгких поцелуев через ключицу к его груди. Обвёл языком соски, а затем захватил ртом и поочерёдно пососал. Переместился к животу, скользнул языком чуть ниже.

— Я никогда не встречал мужчины красивее тебя, — прошептал Ибо, надеясь, что Чжань поверит его словам.

Ван Ибо хотел, чтобы Чжань чувствовал, что он любит его. Ощутил, как ладони любимого стыдливо скользнули вверх и вниз по спине, лаская обнажённую кожу, а возбуждённая плоть прижалась к его животу. И не сдержал стон.

Мир Чжаня исчез, стираемый электрической молнией, когда губы Ибо направились вниз живота и приникли к лобку. Ван Ибо прошёлся кончиками длинных пальцев вверх и вниз по его ногам, после чего наклонился и оставил несколько лёгких поцелуев на внутренней стороне бедра. Руки Чжаня зарылись в его волосы, пытаясь притянуть туда, где он желал его, застонав так сильно и умоляюще, что стало стыдно, и он закусил губу.

Ван Ибо делал что-то невероятное с ним, посасывая, закручивая и скользя, прижав его ягодицы к кровати. Чжань перестал контролировать себя и осознавать, где находится. Головокружительная волна, словно извержение вулкана, несравнимая ни с чем, накатила на него изнутри и выплеснулась через край. Не останавливаясь, Ибо продолжал языком и губами ласкать Чжаня, только более медленнее и чувственней, не давая прийти в себя.

Возбуждённо дыша, гладил ноги по всей длине, мягко массируя и поглаживая кожу. Чжань захныкал и двинул бёдрами, почувствовав желание большего. Бо прошёлся по ним ладонями и стал мягко поглаживать, успокаивая. Секунду помедлив, Ибо скользнул пальцем внутрь. Чжань дёрнулся и напряг мышцы.

— Мне остановиться? — тихо спросил Ибо, не делая резких движений, просто слегка продолжая оглаживать внутреннюю поверхность, усиливая возбуждение.

Прерывисто дыша, Чжань отрицательно покачал головой. Тогда Ибо ввёл внутрь второй палец, а затем и третий, растягивая стенки ещё чуть шире, и стал медленно двигаться, целуя и полизывая живот. Его губы были такими мягкими, а прикосновения такими бережными, словно Чжань был хрустальной вазой, которую Ван Ибо боялся разбить.

Ибо отстранился и Чжань досадливо всхлипнул.

— Всё хорошо, котёнок, я сейчас, — юноша достал из стоящего рядом столика презерватив и, разорвав упаковку, раскатал по своей длине. — Обещаю, что тебе понравится. Пожалуйста, доверься мне.

Ибо неспешно подразнил его ещё немного пальцами, а затем медленно, благоговейно скользнул внутрь и начал плавные, неторопливые движения. Обхватив ногу Чжаня, Ибо закинул её себе на поясницу, расположив бёдра так, чтобы добраться до его сокровенной точки, которая позволит Чжаню испытать экстаз. И как только стал погружаться глубже, вжимаясь в это место внутри него, Чжань выгнулся всем телом, и Ван Ибо с наслаждением вобрал губами его всхлипы.

Сяо Чжань испытал неимоверное блаженство. Никто и никогда не касался его так, никто не дарил такое невероятное, невозможное наслаждение. Это был не просто секс. Ибо занимался с ним любовью. Сладко и нежно. Его красивое рельефное тело плавно покачивалось и скользило над Чжанем, который издавал совершенно беспомощные тающие стоны, подаваясь навстречу Бо и чувствуя скорую разрядку. Дыхание Ибо стало надрывным и прерывистым, а движения более резкими. Их тела синхронно задвигались, покрываясь блестящими каплями пота.

Вкус кожи Ибо, его горячий шёпот, солоноватая сладость на языке. Чжань уже не мог понять, где кончался он и начинался Ибо. Он растворился в нём, в омуте его чёрных глаз и наполненных нежностью поцелуях.

Юноша ощутил, как любимый сжался вокруг него в приливе подступающего оргазма. Его тело отреагировало мгновенно, тоже приближая момент освобождения. Застонав, он крепко прижал Чжаня к себе, погружаясь ещё глубже, и ощутил, как тело пронзают судороги разливающегося жара от экстаза.

Ибо снял презерватив и обессиленно лёг рядом с Чжанем, укрывая его тело мягким одеялом. Обняв за талию, подтянул к себе, крепко прижимая спину к своему животу, и поцеловал влажные волосы.

— Останься со мной, мой ангел, — шепнул ему на ушко, нежно перебирая пряди волос. — Навсегда. Сделаю для тебя всё, что захочешь. Буду заботиться так, как не заботился никто другой. Просто будь моей парой.

Чжань не ответил. В его груди просыпалось чувство, которого он не испытывал прежде. Чжань знал, что не сможет больше пережить то, что с ним будет, если Ибо в будущем отвергнет его. Он просто не вынесет этого. После того, что произошло с ним, Чжань стал крайне душевно уязвим и боялся вновь остаться в мучительной скорби. Он сглотнул комок в горле и сделал вид, что уснул.

Ибо проснулся утром один. Руки отчаянно обхватили подушку, жадно вдыхая обрывки оставленного любимым запаха.

«Его ангел, такой невинный и чистый, ушёл. Не захотел быть с ним. Грязным, порочным мужчиной. Не захотел принять его извращённую любовь».

Задыхаясь от горечи, Ибо собрался на работу. Он хотел взглянуть в его глаза. Может быть, есть ещё хотя бы один маленький шанс на то, что Чжань согласится принять его чувства.

Ибо хотел быть с ним каждый день. Хотел целовать желанное тело, ласкать его, засыпать с ним. Хотел обнимать Чжаня и шептать, как сильно он его любит. Ибо хотел, чтобы все знали, что Чжань принадлежит ему, и никто другой не может прикоснуться к его ангелу своими грязными руками.

Сяо Чжань долго размышлял, как ему поступить. Он мог сбежать от Ван Ибо, от чувств, которые испытал. Вновь закрыть их на замок и остаться в бесконечно холодном одиночестве. Либо довериться ему, открыть своё сердце и впустить туда Ибо. Он решился бросить всё на чашу весов. И будь что будет.

Чжань должен был сделать признание так, чтобы Ибо понял его чувства.

Лилась музыка. Наступило время для первых слов. Чжань схватился за прохладную чёрную стойку микрофона, и слова песни полились из его уст:

«Если я люблю тебя, но это всего лишь сон.
Как мне вновь заснуть, после пробуждения?
Если я потеряю память
Смогу ли я снова почувствовать твою любовь?»

Чжаню стало плевать на то, что подумают зрители и операторы, когда увидят слёзы, стекающие по его щекам из-под тёмных ресниц.

Внезапно по телу пробежали мурашки. В полной тишине он пел для Него, ощущая на себе гипнотический взгляд. Глаза Ибо не отрываются от его глаз, несмотря на расстояние между ними.

У Ибо от счастья перехватило дыхание. Он понял, что Чжань принял его чувства. А Чжань не хотел ничего, кроме как, отбросив сомнения, снова поверить в любовь.

После выступления Ибо увидел его искреннюю солнечную улыбку перед собой.

— Я пришёл к своему любимому. Хочу остаться с тобой, — шепнул Сяо. — Только не разбивай мне сердце, пожалуйста.

— Никогда, — пообещал Ибо. — Я люблю тебя, мой ангел.

Конец.фф написан 03 февраля 2021г.